Пощечина американскому президенту

09.06.21  >


Какое предприятие в МССР было самым секретным

09.06.21  >


Дрезденская галерея: Как спасали Сикстинскую Мадонну

09.06.21  >


Вторая Легкоступова! Опухшая Максакова рядом с граненым стаканом шокировала внешностью

07.06.21  >

press-обозрение   объявления   контакты
  Интересные новости
  Знаменитости
  Анекдоты
  Гороскопы  new
  Тесты
  Всё о музыке
  Загадай желание !
  Аномалии
  Мистика
  Магия
  НЛО
  Библейские истории
  Вампиры
  Астрология
  Психология
  Твоё имя
  Технологии
  Фантастика
  Детективы
  Реклама на сайте
 
 
  Всего ресурсов : (96845) Добавить сайт »   Сегодня: 16.10.2021


Андерсон, ПОЛ: Планета, с которой не возвращаются.

Главы: [ 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 ]

Глава: 11


     Местность быстро поднималась, пока они не начали пробираться через путаницу скалистых холмов, среди огромных зарослей кустарника, через журчащие речки, чья холодная вода кусала их ноги, как зубами. Трудно было идти за рорванцами; их легкие фигуры быстро передвигались по неровной местности; у Лоренцена пересыхало горло, когда он, тяжело дыша, торопился за ними.
     Однажды вечером, через неделю после смерти Фернандеса, Гамильтон спросил по радио:
     - Что за чертовщина с вашими проводниками? Вы вновь свернули севернее. Почему они не ведут вас прямо?
     Гуммус-луджиль удивился, но передал вопрос Эвери.
     - Спросите одного из этих волосатых уродов. Я уже болен от ходьбы.
     - Я уже спрашивал, - сказал психолог. - Разве я вам не говорил? Но ответ относится к совершенно непонятным, непереводимым фразам языка. У меня создалось впечатление, что впереди опасная территория и мы должны ее обогнуть.
     Гуммус-луджиль передал ответ Гамильтону, который закончил разговор щелчком, соответствующим ворчанию. Турок вздохнул.
     - Не очень многое можем мы предпринять, - сказал он.
     Торнтон засмеялся.
     - Возможно, они хотят сделать нас кривоногими и тем самым беспомощными, - предположил он.
     Фон Остен схватился за оружие.
     - Они ведут нас прямо в...
     - Спокойней, - Эвери протянул руку. - Боюсь, что мы ничего не можем сделать. Они ведут нас.
     Лоренцен нахмурился. Это звучало не очень привлекательно. Положение все больше и больше казалось ему сомнительным.
     Он извлек карту территории, сделанную с помощью аэрофотосъемки, и долгое время изучал ее. Насколько он мог видеть, в территории, которой они избегали, не было ничего необычного. Конечно, там могли быть враждебные племена или еще что-нибудь, но...
     На каждый вопрос, который он мог бы задать, был ответ. Но все эти ответы были слишком ad hoc <для данного случая (лат.)>, он и не давали последовательной картины. Хорошо, ядовитая ящерица была незнакома рорванцам, это совершенно очевидно. Но почему она была незнакома им? Любое опасное животное имеет довольно широкую зону распространения - не могли же рорванцы идти настолько издалека, чтобы эта территория была им неизвестна... Да, туземный язык может быть исключительно трудным, но, черт возьми! - общество, владеющее технологией, какой, казалось, владели рорванцы, должно было располагать доступными терминами и понятиями. Когда западная нация проникла на восток, китайцы говорили с ней на английском или французском языке: их собственный язык был для этого неподходящим. Но язык рорванцев казался похожим по структуре на индоевропейские языки, и у Эвери не должно было возникнуть тех трудностей, о которых он все время говорит...
     Тем не менее он подолгу говорит с Джугацом по вечерам. Он утверждает, что это уроки языка, но...
     Допустим, что это не так. Лоренцен сидел тихо, чтобы позволить этой мысли глубже проникнуть в его сознание. Он хотел бы отвергнуть ее. Ему нравился Эвери; и на этой новой земле было так мало того, чему можно было доверять, а если они еще перестанут доверять друг другу... Нет, он, вероятно, становится параноиком.
     Однако оставался "Да Гама", огромный, повисший в пространстве вопросительный знак.
     Он лежал в своем спальном мешке, чувствуя жесткость земли под собой, слушая шум ветра, и журчание реки, и крик какого-то незнакомого животного. Тело его устало, но в мозгу кипело столько вопросов, что он не мог уснуть. Что случилось с первой экспедицией? Кто пытался саботировать вторую? Почему произошло так много помех и задержек, прежде чем она смогла стартовать? Почему Эвери не сумел скомплектовать однородный экипаж? Такие разные (почему?), как они, люди не могли составить экипаж космического корабля, это слишком явная ошибка для психолога. Почему рорванцы единственные млекопитающие, встретившиеся им до сих пор? Почему никакие следы их деятельности не видны с воздуха? Почему у них такой недоступный для понимания язык? И на самом ли деле он такой непонятный? Если нет, тогда почему Эвери лжет? Почему рорванцы не сумели распознать опасность, которая должна быть так же хорошо известна, как кобра на Земле? Их метаболизм сходен с человеческим, поэтому и для них ящерица представляла угрозу. Почему они вдвое увеличили путь к себе домой? Почему, почему, почему?
     На каждый вопрос можно было найти ответ, либо прямо данный Эвери, либо получаемый, как правдоподобная гипотеза. Но взятые in toto <целиком, полностью (лат.)>, но взятые в целом, они нарушали принцип Оккама: каждое объяснение отвергало остальные, вызывало новую гипотезу, противоречащую другим. Было ли что-то объединяющее во всех этих фактах? Или все это было лишь случайным стечением обстоятельств?
     Силиш караулил, ходил вокруг тухнущего костра. Он мелькал бесшумной тенью, только отблеск света в глазах и на мушкете выдавал его. Вновь и вновь поглядывал он на спящих и о чем думал? Что планировал? Он мог охотиться, петь и играть в шахматы с людьми, но они были более чуждыми для него, чем бактерии в его крови. Способен ли он был ощутить родство с людьми, или он из тех чудовищ, что проглотили первый корабль и готовились уничтожить людей со второго?
   &nbs

Перемещение по главе: « Назад  |  Далее »

Copyright (с) 2000-2021, TRY.MD Пишите нам: контакты Создание сайта - Babilon Design Studio